воскресенье, 1 июля 2012 г.

Лауреаты спецпроекта "Опыт другого мышления: Русский нон-фикшн XX века"

Источник
СПИСОК ТЕКСТОВ
Публичные дебаты проекта прошли 22 мая 2012 в Театре Наций. 
ИТОГИ ДЕБАТОВ:
Выбор зрителей - Владимир Набоков "Другие берега"
Выбор экспертов - Александр Солженицын "Архипелаг ГУЛАГ"
Выбор жюри - Лидия Гинзбург "Проза военных лет. Записки блокадного человека. "Промежуточная" проза"
Фонд Михаила Прохорова в рамках Литературной премии «НОС (Новая словесность)» представляет спецпроект «Опыт другого мышления: Русский нон-фикшн XX века». 

Речь идет не просто о русской невымышленной литературе ХХ века. Прежде всего, мы будем искать те ее версии, которые предъявляют убедительные альтернативы тоталитарному сознанию (советскому в первую очередь) – будь то жизнь частного человека или саморефлексия художника (философа, поэта и т.п.). Иными словами, речь идет о возможностях одиночного мышления – в атмосфере, мало располагающей как к индивидуализму, так и к самостоятельному мышлению.
Отсюда, наш выбор самых важных текстов должен отвечать, по крайней мере, трем важным критериям:
Первое: явленный в этих текстах опыт (экзистенциальный, интеллектуальный, политический) должен выходить за пределы советского «мейнстрима». А иначе, за пределы тоталитарного сознания – как в его официозной версии, так и в версиях, отталкивающихся, но зависимых от советской идеологии, как, скажем, мышление категориями «наше»/ «вражье» и т.п.

Второе: этот опыт должен резонировать с сегодняшним культурным состоянием, являясь актуальным именно сегодня. Искомый текст должен демонстрировать приращение смысла, становясь некоей метафорой, выходящей за границы собственно авторского опыта и способной по-новому придать смысл нашему сегодняшнему взгляду на историю и самих себя.
Иными словами, нас интересуют те тексты, в которых документальность порождает художественный эффект. Ведь именно метафорическое, символическое и иное расширение смысла вполне конкретного, конкретными обстоятельствами обусловленного высказывания – и есть важнейший признак художественности. И это – третье.
Все три критерия имеют самое непосредственное отношение к логике премии НОС, которая прежде всего ищет альтернативы мейнстриму. В этом поиске мы исходим из аксиомы, утверждающей, что литература живет где хочет, а следовательно, и документальный текст тоже может порождать художественный эффект. Причем, зачастую это происходит независимо от авторских интенций. Вот почему несмотря на нарекания коллег, наше жюри неизменно включает в лонг и шорт-листы книги нон-фикшн.
Так что, как и в случае с НОСом -1973, речь вновь идет об определении ориентиров для критического суждения путем поиска исторических аналогов.

Настоящий эксперимент представляется еще более рискованным, чем обсуждение литературы 1973 года. Ведь в области русского нон-фикшн нет практически никакой исследовательской базы, а значит, нет никаких представлений о жанровом каноне, авторитетах и т.п. (кроме, разве что, Николая Островского и Леонида Брежнева, сочинения коих вряд ли имеют отношение к нашему эксперименту). Нам не от чего отталкиваться и нечего «принимать за основу». Кроме того, огромная часть материка русского нон-фикшн стала известна широкому читателю лишь в течение последних двух десятилетий, что лишь обостряет интимность реакций на тексты, написанные, быть может, много десятилетий тому назад.

И последнее: предлагаемый список можно определить как открытый лонг-лист. Члены жюри будут благодарны любым предложениям по расширению этого списка, хотя и оставляют за собой право не включать предлагаемые тексты, если они представляются не соответствующими тем критериям, которые мы обозначили выше.

Комментариев нет: